Из воспоминаний Андрэ де Липски, видного и деятельного масона Великого Востока Франции: Второе моё участие в [деятельности Послушания] имело целью продвижение ВВФ в восточные страны и, особенно, в Россию. Андре Комб (André Combe), тогда Великий Секретарь по внешним делам, пригласил меня присоединиться к его команде, чтобы зажечь огонь в ДЛ «Северная Звезда» на Востоке Москвы, и я работал в течение трёх месяцев над переводом на русский язык масонских ритуалов в ложах учеников, подмастерьев и мастеров. Эта работа включала не только перевод и редактирование, но и набор текстов на пишущей машинке с кириллической клавиатурой. Несмотря на две операции на левом глазу: катаракту, а затем отслоение сетчатки, мне удалось выполнить свое обещание в согласованные сроки, и мы отправились в качестве туристов в Россию, без какого-либо официального разрешения советских властей на создание ложи ВВФ в Москве.
Таким образом, в условиях полной секретности мы встретились с русскими, будущими масонами, в охотничьем домике, расположенном в лесу недалеко от Москвы.
Собрание, включавшее церемонию посвящения, зачисление во 2-й и 3-й градусы, а также повторное зажжение огня ДЛ «Северной Звезды» и инсталляцию офицеров этой ложи, продолжалось почти семь часов без перерыва: начавшись вечером, оно закончилось около двух часов ночи.
Мне выпала честь возглавить работу этого собрания после семидесяти пяти лет отсутствия какой-либо масонской деятельности в России. Таким образом, я был первым досточтимым мастером ВВФ, открывшим в России работы по французскому обряду — на русском языке и на русской земле.
Жак Орефис (Jacques Oréfice) сменил Андре Комба на посту Великого Секретаря по внешним делам, и мы вместе с ним основали три новые ложи в Москве. Назначенный Советом Ордена гарантом дружбы с русскими ложами, я основал еще две ложи в России: одну в Архангельске, другую в Санкт-Петербурге, а затем ложу «Grégoire Wyrouboff» в Париже, досточтимым мастером которой я стал...
Так возрождалось масонство в России (тогда ещё в СССР), так восходили ростки Царственного искусства, так оживала масонская традиция...